Эрмитаж представил новые данные о портрете из своей коллекции, изображающем Марию Медичи в юности. Изначально приписываемый Софонисбе Ангишоле, ныне он атрибутирован мастерской Алессандро Аллори, придворного художника семьи Медичи. Открытие позволяет по-новому взглянуть на ранние годы будущей королевы Франции. Изменение атрибуции добавляет значимый штрих к пониманию искусства флорентийского Ренессанса.

В постоянной экспозиции Эрмитажа произошла смена атрибуции одного из портретов. Ранее считавшийся работой Софонисбы Ангишолы, портрет теперь числится как произведение мастерской Алессандро Аллори, изображающее Марию Медичи. Основанием для пересмотра послужили стилистические особенности, анализ исторического контекста и отсутствие подписи, типичной для работ Ангишолы. Кураторы отмечают сочетание ренессансных и барочных элементов в портрете. Предыдущая атрибуция основывалась на предположении о сходстве с другой картиной Ангишолы, однако прямых указаний на её авторство не было. История картины в Эрмитаже демонстрирует эволюцию искусствоведческих взглядов: изначально она была представлена как работа Тициана.

Недавняя реставрация эрмитажного портрета выявила изменения, внесённые в первоначальный облик модели. Изначально героиня отличалась более утончёнными чертами и менее пышным платьем, что указывает на вероятную принадлежность к мастерской Бронзино. Позднее изображение было трансформировано: девушка приобрела черты зрелой дамы, держащей букет, традиционно ассоциирующийся с невестой. Предположение об изображении Марии Медичи подкрепляется уникальным украшением в её волосах, повторяющимся на других портретах королевы. Специалисты полагают, что именно эрмитажный профиль Марии Медичи послужил основой для её иконографического представления в период бракосочетания с Генрихом IV. Сжатые сроки подготовки к свадьбе вынудили художников использовать существующие портреты, включая эрмитажный, для создания «свадебного» живописного цикла. Вероятно, эрмитажный портрет был частью этого визуального ряда, созданного для резиденции королевы.

В 1799 году судьба Люксембургского дворца и его художественной коллекции круто изменилась после прихода к власти Наполеона. Часть убранства, включая элементы «свадебного» кабинета, попала в руки лорда Элгина. Впоследствии эти полотна оказались в частных собраниях, а затем перешли в собственность тайваньской компании. Судьба портрета Марии Медичи оказалась связана с коллекцией Жозефины Богарне в Мальмезоне, откуда он попал в Россию. При Николае I картина вошла в собрание Эрмитажа, где её атрибуция претерпела ряд изменений. Изначально считавшийся работой Тициана, затем Бронзино и Аллори, портрет долгое время приписывался Софонисбе Ангвиссоле, прежде чем вернулся к идентификации Марии Медичи.

По материалам «Фонтанка.ру»

---

Читайте по теме:

«Екатерина Медичи. История семейной мести»: глава из книги Марчелло Симонетты
Кровавые тайны династии Медичи: глава из книги Марчелло Симонетта «Загадка Монтефельтро»
«Мастера старонидерландской гравюры»: гид по выставке в Эрмитаже
Скульпторы Флоренции и стеклодувы Андалусии в Эрмитаже
В Эрмитаже восстановят 500-летнюю алтарную картину Яна Провоста «Мария во Славе»