Сергей Ватрушин: «Произведения искусства должны жить в общественных пространствах»

13 декабря 2019

Журнал Точка ART запускает спецпроект, посвященный коллекционерам произведений искусства и коллекционированию в целом.

Героем нашего первого разговора стал петербургский коллекционер Сергей Ватрушин — владелец художественной галереи «Сова-Арт», коллекция которой включает в себя живопись и графику от 50-х годов ХХ столетия до наших дней. Особое внимание Сергей и его супруга Елена уделяют значительным персонажам ленинградского неофициального искусства, ярким представителям эпохи перемен 80-х — 90-х и большим именам вне времени и течений.

Редакция Точка ART поговорила с Сергеем о его коллекции, интересах в искусстве, арт-рынке и об изменениях, происходящих в российском его сегменте.

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото — Анастасия Пруцкая

Татьяна Ильина: Что появилось раньше Ваша коллекция или галерея «Сова-Арт» ?

Сергей Ватрушин: Коллекция, конечно, появилась раньше. Я даже предпочтительнее назвал бы ее не коллекцией, а собранием, внутри которого есть несколько микроколлекций.
Дело в том, что я знаком с большим числом людей, занимающихся коллекционированием предметов искусства. Исходя из их манеры и целей можно выделить несколько разных подходов, по которым они пополняют свои собрания. Есть коллекционеры, которые следуют определенному математическому расчету, они создают стратегию коллекционирования в виде определенной матрицы, и затем маниакально начинают заполнять ее ячейки произведениями. Это один подход. Есть другой — стихийного собирательства: вижу, нравится, приобретаю. Есть промежуточные варианты, к которым я отношу и нас с супругой: человек придерживается стихийного собирательства, но какие-то отдельные темы начинает развивать в качестве микроколлекций.
Хотя на данном этапе своего профессионального развития в этой сфере я больше ощущаю себя консультантом по созданию коллекций — такое у меня внутреннее ощущение.

Татьяна Ильина: А какого рода консультирование Вы оказываете?

Сергей Ватрушин: Я помогаю заказчикам создавать коллекции, соответствующие их интересам. Дело в том, что я не всегда могу и готов позволить себе собирать все, что мне нравится, а помогая другим, я углубляюсь в новые темы, совершенствую свои навыки, обрастаю знакомыми и друзьями в профессиональной сфере и вне ее, наблюдаю как разрастается чья-то коллекция, в которую вложены мои знания и опыт. Это мне интересно, в этом я ощущаю себя на своем месте.

Татьяна Ильина: Как так случилось, что вы, человек, получивший физическое образование, вдруг увлеклись искусством? Или этот интерес всегда был? С чего начался ваш путь к искусству?

Сергей Ватрушин: По образованию я астрофизик, верно, занимался физикой солнца. Когда было хорошее финансирование, мы работали над крупными исследованиями, но в какой-то момент дела пошли хуже, а мелкими проектами мне стало неинтересно заниматься, и я ушел в информационный бизнес. Но потребность в высокоинтеллектуальном труде все рано была и в какой-то момент я переключился на искусство, счел, что себя в нем нашел.
Искусство всегда меня привлекало, но не приходило в голову, что его можно коллекционировать, я общался в других кругах. А как только появились добрые люди и указали путь, начал собирать и увлекся. Раньше у меня был более системный подход, я довольно быстро осваивал новые для себя темы, самообучался и каких-то ощутимых на сегодняшний день успехов в этом направлении достиг. Хотя, конечно, лакун много, я их целенаправленно закрываю посредством живого общения, литературы, путешествий.

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Татьяна Ильина: Помните первую картину, которую вы приобрели и с которой началось собирательство?

Сергей Ватрушин: Первую картину мне подарили, это был пейзаж с северной природой. А первой картиной, которую я приобрел, стала работа в стиле соцреализма, найденная в галерее Союза Художников. Это была работа крымского художника Виктора Коваленко, на ней было изображено Черное море, корма военного корабля, чайки, матрос и морской офицер. У моей жены отец подводник, потому эта тема была нам близка. А затем уже мы заинтересовались ленинградским андеграундом, было начало
2000-х годов, тема была довольна модная. Мы в нее окунулись, познакомились с многими художниками, искусствоведами, которые занимались исследованием этого периода. И постепенно стали расширять область интересов в довоенное искусство, в антикварное и пришли к актуальному.
Но я стараюсь для себя не разделять искусство на периоды. Мне интересно каждое отдельное произведение само по себе, если оно отзывается, я с ним взаимодействую. Систематичность мне надоела еще в прошлой жизни. На мой выбор очень влияет знакомство с художником. Но важнее всего созвучность, интерес к теме.
А когда я консультирую по созданию коллекций, я, конечно, ориентируюсь все-таки на качество вещей, искусствоведческую ценность.
Очень хороший вариант понять созвучна ли тебе какая-то работа — побыть с ней какое-то время. Я иногда такое практикую, отдаю вещь на время, чтобы человек с ней повзаимодействовал, и тогда часто случается нужный контакт или приходит понимание, что его не состоялось. Бывает, что по первому впечатлению работа очень нравится, а потом обнаруживаешь, что уровень смысла исчерпался и дальше в ней ничего нет.

Татьяна Ильина: Как изменился рынок искусства с того момента как вы начали собирать произведения в 2000-х?

Сергей Ватрушин: Это очень хороший серьезный вопрос. У меня есть субъективное ощущение рынка. Я не претендую на объективную оценку. Я много смотрю, слежу за этим, общаюсь с разными арт-дилерами — российскими, зарубежными. У меня есть представление как обстоят дела и в Европе, и в России. Рынок меняется постоянно, он сильно зависит от внешних условий, тесно связан с общеэкономической ситуацией. Его динамика определяется массовым покупателем.
В начале 2000-х рынок был гораздо более живым, чем сейчас, он бурно развивался, были взлеты, падения, но это больше отговорки для дилеров, надо больше работать. Если рынок кажется падающим, значит его нужно как-то поддерживать.
Но помимо объективного падения рынка, происходит еще и изменение структуры спроса: меняются поколения и их интересы в искусстве.
Хорошим фактором сегодня является то, что арт-событий происходит очень много, по крайней мере в Петербурге и в Москве. Это и выставки, и фестивали, и ярмарки. Возможно, их уровень еще не сильно высок, но они вовлекают людей в эту сферу, развивают вкусы, и, возможно, воспитывают новых покупателей.
Так что если говорить об изменении или оценке рынка надо еще понимать о том, в чем этот рынок мы будем измерять: в количестве денег, которые задействованы в процессах, в количестве проданных работ, в количестве вовлеченных людей?
Если с точки зрения бизнеса, то оценивать надо по финансам, если с точки зрения искусства, то важно количество людей, а чем больше людей вовлечено, тем лучше экономическая ситуация.
Проблема еще и в том, на мой взгляд, что у нас в стране особый менталитет, воспитанный в нас социализмом. В Европе арт-дилеры и художники обладают достаточно динамичным рыночным мышлением, они понимают, что если спроса нет на определенном уровне — надо снижать цены. Но у наших специалистов здесь возникает проблема: художники завышают цены. Как известно, для бизнеса важен оборот — финансовый и количественный. Чем выше цена, тем меньше вероятность, что люди в плохой экономической ситуации могут себе позволить что-то купить. А чем больше людей покупает, тем больше людей вовлечено в динамику рыночных отношений. И при появлении у них возможности, они будут платить больше и покупать дороже. Я думаю, здесь надо проявлять определенную гибкость — если нет спроса — снижать цену.

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Сергей Ватрушин © Точка ART, Фото - Анастасия Пруцкая

Татьяна Ильина: Какими темами, периодами в искусстве вы сейчас более всего интересуетесь?

Сергей Ватрушин: Мне сейчас очень интересно искусство Возрождения, как-то неожиданно для себя я им сильно проникся, начал глубже понимать, стал целенаправленно с супругой ездить в Италию в маленькие городки смотреть фрески, редкие работы.
Кроме того, мы вновь вернулись к теме молодых художников начала 80-90-х годов, которым было тогда около 20-ти лет. Интересен этот нерв, это очень честные работы. Часть своих картин этого периода мы сейчас передали на выставку «Лихие 90-ые. Свобода без границ» в Музей искусства Санкт-Петербурга XX-XXI веков.
Я наблюдаю с интересом и за актуальным искусством, есть много хороших молодых художников. В этой связи мне нравится ярмарка современного искусства, которая проходит в музее стрит-арта, в прошлом году мы участвовали в ней со своим стендом, в пику актуальному искусству мы выставили искусство с 70-х до 2000-х годов, это был познавательный эксперимент. В пространстве Севкабель порта тоже проходит интересная ярмарка.
Регулярно уже лет 15 мы ездим на Венецианскую биеннале. Я ценю это событие за то, что в одном месте и в одно время можно увидеть все самое актуальное в рамках основной программы и ретроспективы в параллельных программах. Конечно, это надо смотреть — ум нарабатывается.

Татьяна Ильина: Вы часто выставляете работы из своего собрания?

Сергей Ватрушин: Я считаю, что произведения искусства должны жить в общественных пространствах, они для этого и были созданы художниками. Большую часть своих работ я регулярно показываю на выставках. Мы сотрудничаем с многими крупными выставочными площадками города: Русским музеем, ДК Громов, МИСПом, о котором я уже упоминал, Ленинград Центром, в котором проходила выставка художников Мира искусства, галереей KGallery, где мы выставляли свои работы Зинаиды Серебряковой и другими.

Популярное