Перформанс. Искусство длящегося момента. Часть 3

15 мая 2019

Искусство перформативности сегодня актуально как никогда раньше. Перформанс, его эстетика и элементы накладывают отпечаток на работы художников, кураторов, театральных и кино-режиссеров по всему миру.

Точка ART публикует третий, заключительный, текст из серии материалов об эстетике перформативности и предлагает читателям разобраться в том, что же такое перформанс, как его смотреть и понимать.


IV.

Закрыв глаза, я слушаю. Перформанс в Петербурге.

Перформанс, каким бы он ни был, всегда является живой реакцией художника на события современности. Поэтому часто он остросоциален и политичен, особенно в России. Широко известны акции Петра Павленского, выступления Pussy Riot, деятельность группы «Война», флешмобы и монстрации (которые можно назвать массовыми перформансами). Если понимать перформанс не как отдельную практику, а как направленность, которая проявляется в различных видах искусства, в том числе и в театре, то мы имеем дело с определенным количеством спектаклей, между которыми может быть мало общего, но которые объединены тем, что в них есть стремление раздвинуть привычные границы театра, пересмотреть его язык. В Петербурге это характерно, например, для «Театра post», основанного Дмитрием Волкостреловым, принципиально работающим только с текстами современных авторов и вне театральных локаций. Это и site specific театр, когда пространство становится принципиально важным для действия, его неотделимой частью.

Пожалуй, самый известный в Петербурге такой спектакль — спектакль-променад «Remote X» группы Rimini Protokoll, проходивший в 2014 году по приглашению БДТ им. Г. А. Товстоногова. Отечественный вариант — «Другой город» Семена Александровского (Pop up театр). В обоих случаях действие представляло собой путешествие зрителей по городу в наушниках; город осознавался как художественная среда, с которой зритель вступал в контакт. В целом, в Петербурге спектакли site specific театра регулярно представляются (и в этом году будут представлены в четвертый раз, с 15 по 30 июля) на фестивале «Точка доступа».

Сейчас, с марта по июль 2019 года на второй сцене БДТ действует экспериментальная программа «To stage Per Forma». Ее курирует Вера Мартынов — художник и режиссер, работавшая ранее в Москве. На всего времени работы программы проходят и будут проходить показы, как привезенных из Москвы, так и созданных непосредственно в рамках программы перформансов. Программа «To stage Per Forma» разделена на четыре тематических направления: «сенсорная депривация», «базовый уровень романтики», «клуб проклятых» и «водная линия». Собрана большая творческая команда, охватывающая разные направления, во главе которых стоят со-кураторы: Наталья Фёдорова (медиа-искусство), Лиза Савина (паблик-арт), Дмитрий Шубин (саунд-дизайн), Альбина Мотор (уличное искусство), Сергей Уханов (драматургия, поэзия), Татьяна Гордеева (хореография), Михаил Железников (кино), Наталья Быстрянцева (световой дизайн).

16 марта, на открытии мастерской, были представлены четыре перформанса (согласно озвученным направлениям), обозначившие вектор движения программы. В перформансе «Тектоникон» (авторы: Дмитрий Шубин, Наталья Быстрянцева, Илья Смилга, Александр и Михаил Андреевы) параметры Каменноостровского театра преобразовывались в звуковые сигналы. Во время «Закрыв глаза я слушаю Стамбул» (авторы: Валентина Лученко и Паша Бумажный; кураторы: Альбина Мотор и Татьяна Гордеева) участникам (а участвовать мог любой желающий) предлагалось надеть маски и свободно перемещаться по освобождённому от кресел пространству зрительного зала, наблюдая за импульсами, рождающимися в теле, ища иной, не зрительный контакт с окружающим. Оба перформанса, каждый по-своему — через тактильные ощущения и посредством звука — выполняли одну задачу — погружали зрителей в пространство театра и в единый творческий процесс.

В перформансе «Я здесь. Слышишь?» (авторы: Лиза Бобкова, Юлия Кравченко; кураторы: Лиза Савина, Дмитрий Шубин) — соединялись в единый музыкальный ряд звуки города, его информационное пространство; ведущим визуальным образом стало селфи — попытка запечатлеть свое изображение во времени.

«История переписки» (авторы и перформеры: Антон Виноградов, Руслан Рычагов; звук: Марк Коммер; кураторы: Татьяна Гордеева, Наталья Федорова), началась с того, что зрителей просили подходить и озвучивать любые вопросы (без конкретного адресата: в зале был установлен микрофон, а над ним светилась вывеска «Центр вопросов»), а продолжилась воспроизведением записанных голосов, звуков, взаимодействием друг с другом и со зрителями перформеров. Постепенно собственное содержание вопросов размывалось, звучащая речь превращались в ритм, звук, поток, концентрируя внимание присутствующих на текущем, живом моменте, погружая их в состояние процессуальности.

Все четыре представленных на открытии перформанса не только обозначили направления деятельности мастерской, но и задали общий тон, словно выполнив функцию внутренней настройки зрителей.

В последних числах марта состоялся показ перформанса «SOS (THE SONG OF SONGS)», привезенного из Москвы. Его жанр был обозначен как «сценическая кантата для 14 певцов, 2 чтецов, перкуссии и телеграфного ключа», но по сути он представлял собой перфомативный монолог, погруженный в полифонию звука, слова и света. Название перформанса содержательно: SOS — это и сигнал бедствия, и аббревиатура, отсылающая к Песне песней Соломона, которая исполняется на протяжении действия. По сути, и то, и другое — устоявшиеся формы, ставшие частью человеческой памяти, легко опознаваемыми знаками. Как и письма Плиния младшего, в которых описывается извержение Везувия. Все это — слитые воедино образы любви и катастрофы, познаваемые в перформансе через чувственное погружение в них, как в свою, личную историю, как в реальность, происходящую здесь и сейчас. Здесь текст сакральный (Песнь песней), текст исторический (письма Плиния младшего) приравниваются к настоящему человеческому опыту (письма Веры Мартынов своему возлюбленному, сохраненные в памяти телефона), становятся частью автобиографии. И, как следствие этого — особая, откровенная интонация высказывания, которое каждый зритель может соотнести с собой. Катастрофа в «SOS» понимается как нечто, в корне меняющее весь уклад жизни. В этом она схожа с любовью, чувством, свершившимся, как событие, после которого — все иначе. В «SOS» любовь явлена во своей сложности и многогранности: как благо, источник вдохновения и жизни, единый для всех людей и во все времена («Ты прекрасен, возлюбленный мой. Все возлюбленные прекрасны») и как пугающее в своей стихийной неконтролируемой природе испытание, в которое вовлечен весь мир. Масштаб трагедии — завершения любви — по степени прочувствования оказывается сопоставим с мировой катастрофой, зафиксированной человеческой памятью — гибелью Помпеи. Сложно и тонко сделанный музыкально (композитор — Алексей Сысоев; ансамбль INTRADA; музыкальный руководитель — Екатерина Антоненко): длинные и короткие звуки, зазоры между партиями, множество низких и высоких тонов, соединенные с периодически возникающим звоном колокольчиков, сигналами телеграфного ключа, ударными — этот перформанс на физическом уровне воздействовал на зрителя, втягивал в себя, погружал в ощущение (надвигающейся? свершившейся?) катастрофы.

В апреле состоялся показ еще одного Московского перформанса— «Я говорю, что люблю тебя. Медленные танцы» (автор — Владислав Наставшев, режиссер, сотрудничающий с «Гоголь-центром»), в котором звучали полузабытые, но узнаваемые песни советского времени. Используя визуальный образ советской эстрады (от костюма исполнителя (большие черные очки, белая рубашка, мешковатые черные брюки, белые кеды), до разноцветной подсветки сценического пространства), Влад Насташев дал этим песням новое звучания, не совпадающее ни с советской эстетикой, ни с собственным эмоциональным посылом песен, тем самым деконструируя их и создавая эффект отстранения. Зрительный зал, освобожденный от кресел, превратился в танц-площадку, где зрители были близки друг к другу; сценическое пространство напротив — было почти пустым; наполненное дымом и игрой света, оно казалась бесконечным. Исполнитель то возникал на авансцене, у микрофона, то исчезал в этом дыму. Так наша память выхватывает отдельные фрагменты прошлого (или — фантазий о нем?). Так время искажает образы, высвечивая в них все же что-то неизбывное, неизменное, что остается созвучным во все времена.

Впереди — еще несколько месяцев деятельности мастерской и это — вдохновляющая возможность пройти свой личный эксперимент по поиску ответов на вопросы: что такое перформанс, в чем его художественная содержательность, по каким законам он существует.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Mythic Being. Адриан Пайпер, 1973. В 1973 году Адриан Пайпер исследовала гендер: переодеваясь в мужчину и имитируя стереотипное поведение чернокожего мачо, она проживала ситуации из собственной жизни, но как бы в другом гендере.

Pussy Riot. Милиционер вступает в игру Станислав Красильников / ТАСС / Scanpix / LETA

Pussy Riot. Милиционер вступает в игру Станислав Красильников / ТАСС / Scanpix / LETA

Pussy Riot. Милиционер вступает в игру Станислав Красильников / ТАСС / Scanpix / LETA

Перформанс Германа Нитча, 2010 год. Фото: Roberta Basile / Controluce

Ив Кляйн. Рисуя телами

Ив Кляйн. Рисуя телами

Новости

Популярное