От трэш-арта до ресайкла: эволюция мусора

04 сентября 2020

Журнал об искусстве Точка ART открывает цикл материалов под общим названием «Искусство без мусора: эко-принципы современных художников» в рамках грантового конкурса в области энергосбережения, учрежденного концерном «Росэнергоатом», электроэнергетического дивизиона «Росатома».

Первый материал посвящен эволюции мусора, исторический экскурс, рассказывающий, как мусор из отходов жизне- и художественной деятельности человека превращался в предмет творческого интереса художников и, следовательно, в арт-объект.

Арт-мусор и его разумная утилизация © Точка ART

На протяжении столетий художники относились к мусору так же, как их далекие от искусства современники — выбрасывали из окон на головы прохожим, сваливали в кучи прямо на улицах, позже — закапывали в землю и вывозили за черту города. Но когда, как и почему мусор проник в искусство?

В ХХ веке, устав от красок природного происхождения и холстов, они стали экспериментировать. А что если приклеить к холсту газету или обои? А что если сколотить ассамбляж из старых досок и железяк? Коллажи из трамвайных билетиков, фантиков и газетных обрывков, ассамбляжи и инсталляции из мусора, в том числе художественного — например, из тюбиков с красками и кистей — это уже классика.

От экспериментов перешли к осмыслению кризиса перепроизводства бытовых вещей, а затем и к самому настоящему ресайклу. Сегодня многие художники, создавая свои работы, одновременно вносят вклад в экологию, потому что работают исключительно с отходами. Как мусор стал искусством, и не стало ли от этого искусство мусором?

Мусор как арт-объект © Точка ART

Чинную лодку традиционного искусства, целиком состоявшего из религиозных сюжетов, раскачали малые голландцы. К XVII веку Голландия стала крупнейшим коммерческим центром Северной Европы, вела торговлю с дальними экзотическими странами. Зажиточные голландские дома наполнились заморскими диковинками. Художники на все лады старались запечатлеть процветание своей страны и своих заказчиков, и потому библейские мотивы на картинах впервые уверенно сменяются бытовыми. Впервые в искусстве популярнейшим жанром становится натюрморт, демонстрирующий красивую посуду, богатый стол, изящную домашнюю обстановку. Ну а где посуда, там и осколки, где трапеза — там и объедки с очистками. Малые голландцы позволили мусору стать объектом, достойным кисти художника и внимания зрителя. Но к тому, чтобы не изображать мусор, а использовать его в создании художественной работы, человечество пришло гораздо позднее, уже в ХХ веке.

Обои на холсте и контррельефы из деревяшек

Революция, что характерно, началась во Франции, с кубизма. До сих пор доподлинно неизвестно, кто был первым — Жорж Брак, Пабло Пикассо или Хуан Грис. Все трое в первой четверти ХХ века практически одновременно стали вставлять в свои картины куски реальности — фрагмент кресла, обрезки обоев, газетные вырезки. Считается, что тем самым они дали толчок к развитию коллажа — художественной техники, определившей визуальный язык ХХ века.

Жорж Брак «Nature morte (Fruit Dish, Ace of Clubs)», 1913 © Musée National d’Art Moderne, Centre Georges Pompidou, Paris

Коллаж — сочетание несочетаемого и соединение несоединимого, а происходит этот термин от французского coller — «приклеивание», ведь разнородные элементы надо как-то фиксировать. Двигало кубистами не только любопытство и новаторство, но и усталость от масляной краски. Они демонстративно использовали картину как стол, на котором могло появиться что угодно. Граница между «достойными» и «недостойными» материалами стиралась.

Поэзия абсурда и случайности

Через пару лет после первых экспериментов с коллажем, проведенных кубистами, в 1916 году в Европе зародилось абсолютно нигилистское направление в искусстве — дада — без которого не было бы ни сюрреализма, ни поп-арта, ни современного искусства, каким мы его знаем.

Ханс Арп «Положение во гроб птиц и бабочек. Портрет Тристана Тцара», 1916–1917 © Кунстхаус, Цюрих

Дадаисты считали, что в условиях войны и милитаристской пропаганды жизнь и искусство теряют привычный смысл. Они сбросили возвышенную фигуру художника с воображаемого пьедестала, смешали искусство и повседневность, создавая новые формы художественного высказывания, экспериментировали в самых разных направлениях и жанрах. Ханс Арп подбрасывал в воздух разноцветные бумажки, а потом приклеивал их в том порядке, в каком они упадут. Хуго Балль в картонном костюме выдавал со сцены алогичные поэтические импровизации, напоминавшие по тону и энергетике церковную мессу, а Тристан Тцара писал стихи из случайных газетных заголовков. Художники-дадаисты активно кромсали и делали коллажи из журналов и газет, которые перестали рассматривать как источник информации и считали источником пропаганды.

Счастливые билетики и мерцбау

Первым художником, который стал целенаправленно работать именно с мусором, был Курт Швиттерс из Ганновера, которого иногда тоже причисляют к направлению дада. Свои работы Швиттерс называл «мерцами» — от вымышленного слова Merz. Дело в том, что однажды ему попался обрывок рекламы коммерческого банка (Kommerz Bank). Швиттерс удачно вставил его в коллаж и решил использовать этот обрывок слова и дальше.

Курт Швиттерс «Merz 50» © MMOMA

Трамвайные билетики, обрывки газет и бумажек, этикетки от спичечных коробков — в ход он пускал все, что попадалось под руку. Получались очень трогательные, романтичные композиции. «Мерцы» Швиттерса — настоящий гимн повседневности: оказывается, любые ее проявления, обрывки и обломки можно воспеть. Некоторые коллажи Швиттерса становились объемными и превращались почти в скульптуру. Он любил говорить, что «сколачивает» свои работы, и действительно использовал в работе молоток и гвозди.

От коллажей Швиттерс пришел, по сути, к коллажной архитектуре, и стал заниматься так называемым Merzbau — мерц-строительством, прямо у себя дома воздвиг «Собор эротического страдания/нищеты». Из картона, бумаги, картинных рам и сломанной мебели он строил целые комнаты, гроты и павильоны, причем каждый из них имел свой смысл или был посвящен какому-то художнику.

Несчастные и счастливые реди-мейды

С движением дада связывают и самого одиозного художника ХХ века, Марселя Дюшана. Прославился он своими реди-мейдами, то есть уже готовыми объектами, которые провозглашал произведениями искусства. Некоторые исследователи считают, что дюшановская «Сушилка для бутылок» (это действительно сушилка для бутылок), «Велосипедное колесо» (действительно велосипедное колесо) и «Фонтан» (писсуар) — самая настоящая работа с мусором, то есть трэш-арт или джанк-арт. Как бы то ни было, Дюшан показал, что работать можно с любыми материалами и предметами, и ни один из них не будет мусором, если вы не сочтете его таковым.

Марсель Дюшан и «Велосипедное колесо», 1913 © gazetefestivaltv.com

Пририсовав усы изображенной на открытке Мона Лизе, Дюшан был в шаге от того, чтобы превратить в мусор произведение искусства, но поступил, скорее, наоборот — превратил массовую печатную продукцию — почти мусор — в произведение искусства. Еще интереснее он поступил, когда ему нужно было сделать свадебный подарок родной сестре, Сюзон. На самой свадьбе Дюшан присутствовать не мог, и отправил Сюзон… инструкцию о том, как превратить учебник геометрии в произведение искусства. Нужно было вынести книгу на балкон, позволить ветру исследовать ее; подставить учебник под дождь, вырывать из него листы, как лепестки маргаритки. Задумка Дюшана, которую воплотила в жизнь его сестра, вошла в историю как «Несчастный реди-мейд». По сути мусор. Сам «объект» не сохранился, осталась лишь только инструкция. И, конечно, идея о том, что произведение искусства воспроизводимо, и сама инструкция тоже может быть произведением искусства.

Великая выставка трэша

В 1961 году в МoМА состоялась масштабная выставка ассамбляжа, первая и единственная в своем роде, и это важная веха в развитии трэш- или джанк-арта. Собственно, сам термин джанк-арт тоже возник именно в 1961 году. Лоуренс Аллоуэй предложил называть так произведения искусства, в основе которых лежат найденные или готовые объекты и механический мусор. Термин восходит к послевоенному понятию «мусорной культуры». Оно описывало появившиеся в результате индустриального бума бытовые предметы, век которых по умолчанию не долог.

Марсель Дюшан «Сушилка для бутылок». Реплика 1959 года © Art Institute of Chicago

Грубо говоря, ассамбляж — это объемный коллаж. К выставке в МоМА был напечатан каталог, где куратор Уильям Зейц дает такое определение: «предметы, которые входят в ассабляж, скорее собраны вместе, чем нарисованы, вылеплены или вырезаны. Ассамбляж целиком или частично состоит из природных или промышленных предметов, объектов или фрагментов, которые изначально не являются материалами для создания произведений искусства». Зачастую речь идет о самом настоящем мусоре.

Завтрак на стене и хитрые баночки

Развитие ассамбляжа шло по двум направлениям: одни художники использовали материалы, которым раньше не было места в искусстве, другие использовали традиционные для искусства материалы непривычным образом. При этом некоторые из них опирались на примитивное искусство, аутсайдер-арт, работы детей, сны, черную магию.

Даниэль Спёрри «Assemblage mit Kopf eines Pferdes», 1990 © wikiart.org

Один художник, Даниэль Спёрри, яркий представитель направления «новый реализм», и вовсе делал своеобразные оммажи малым голландцам, так называемые snare-pictures — приклеивал объедки к столу, переворачивал и подвешивал стол к стене. Самым коммерчески успешным оказался его стол с объедками, оставшимися после трапезы Дюшана. В 2008 году этот ассамбляж был продан за 200 тысяч долларов. Так мусор в очередной раз стал искусством.

Мощный толчок развитию трэш-арта в 1950-е годы дал титан поп-арта Роберт Раушенберг со своими коллажами, ассамбляжами и combine painting — картинами, которые буквально всасывали или, наоборот, исторгали из себя реальность в самых причудливых формах. Он использовал чучела животных, холсты, кисти, всевозможные коробочки и ящики.

Другой представитель поп-арта, Джаспер Джонс, в 1958 году, стал делать объекты из бронзы — своего рода памятники простым бытовым вещам. Коммерческому успеху Джаспера Джонса сильно поспособствовал галерист Лео Кастелли. Однажды художник Уиллем де Кунинг сказал, что Кастелли смог бы продать даже пустые банки из-под пива. Джаспер Джонс отлил пивные банки в бронзе, и Кастелли действительно с успехом их продал.

Джаспер Джонс «Раскрашенная бронза (Банки эля Бэллентайн)», 1960 © Базельский художественный музей, Базель

Банки вообще занимают в искусстве ХХ века особое место, достаточно вспомнить знаменитые банки с супом «Кэмпбелл» Энди Уорхолла или знаменитый проект концептуалиста Пьеро Мандзони — «Дерьмо художника» — банки с соответствующими этикетками, в которых предположительно находится оно самое. В 1961 году Мандзони наполнил 90 таких баночек, каждую пронумеровал, надписал: «Стопроцентное натуральное дерьмо художника» и продал по цене равной цене золота той же массы — 30 г. Сам Мандзони утверждал, что таким образом вскрывает неказистость современного арт-рынка и доверчивость покупателей. Что ж, теперь его баночки находятся в ведущих музеях мира и продаются за баснословные деньги. Например, в 2016 году баночку № 69 продали на аукционе за 220 тысяч евро!

Машины как мусор

Интересный ход придумал скульптор и создатель кинетических скульптур Жан Тэнгли. В 1960 году он создал «Оммаж Нью-Йорку» — огромную самоуничтожающуюся машину, а в 1967 году сделал «Ротозазу № 2» — машину, которая бьет бутылки, символизируя тем самым и кризис перепроизводства, и возможность утилизировать отходы нестандартными методами.

Жан Тэнгли «Ротозаза № 2», 1967 г © tsto.org

Машины, правда, уже более привычные нам, сыграли важную роль и в творчестве одного из основателей нового реализма — Армана. Он делал так называемые аккумуляции — нагромождения одинаковых бытовых предметов. В 1980-е художник создал огромную аккумуляцию из автомобилей, назвав ее «Долгой парковкой». Но больше всего Арман прославился своими акциями под названием «колер», во время которых разбивал или даже взрывал объекты, по сути превращая их в мусор. В конце 1980-х Арман участвовал в аукционе, приуроченном к восстановлению Великой китайской стены, и торжественно разбил о стену скрипку, чтобы сделать из ее обломков панно и продать его на аукционе. Но за это его освистали; китайские покупатели проигнорировали все его работы и ему пришлось купить их самостоятельно.

Скульптуры из мусора

«Мусорное» искусство активно развивали скульпторы. Началось это еще в 1950-е годы с Дэвида Смита, продолжилось в 1960-е благодаря французскому скульптору по текстилю Этьенну Мартену и болгарскому художнику Христо Явашеву. Сезар Бальдаччини, Джон Чемберлен, Ники де Сен-Фалль — этот ряд можно продолжать и продолжать.

С трэш-артом связывают и знаменитого британского скульптора Билла Вудроу. Вудроу, особенно в начале карьеры, делал ассамбляжи из старой техники. Иногда он вырезал из бытовых предметов части, разбирал телевизоры и приемники и собирал как придется, работал с найденными объектами.

Другой знаменитый британский скульптор, Тони Крэгг, предпочитал использованную пластмассу и пластик — выкладывал с их помощью фигуры полицейских, разгоняющих демонстрантов.

В 1990-е к мусору обратился великий и ужасный Дэмьен Хёрст. Если Роберт Раушенберг использовал чучело козы, а знаменитый художник-шаман Йозеф Бойс задействовал в своем перформансе мертвого зайца, то Хёрст пошел еще дальше — выставил разлагающуюся голову коровы с личинками и мухами.

Немецкий художник ХА Шульт в 1996 году создал тысячу скульптур из мусора в человеческий рост (проект «Мусорные люди»). С тех пор эта армия побывала в десятках стран и городов, на время становилась местной достопримечательностью и напоминала людям о кризисе потребления и экологических проблемах.

Мусор в ССССР

В СССР своего рода трэш-искусство тоже существовало. В 1970-е и даже еще в 1960-е годы к бытовым предметам и мусору обращались многие художники, например, Илья Кабаков, Вадим Сидур, Владимир Мухин. Как протест против официоза, в СССР стало развиваться так называемое «плохое искусство» и «не-искусство».

«Талеры» из кефирных крыжек © Музей Сергея Параджанова

Режиссер Сергей Параджанов известен не только своими фильмами, но и коллажами с ассамбляжами. Использовать в своих работах мусор он стал не из концептуальных соображений, а потому что во время тюремного заключения ничего другого под рукой не оказалось. Были только мешки из-под сахара, пуговицы, крышки от бутылок с кефиром. Взять, к примеру, его «Талеры» из кефирных крышек. Таких «талеров» у Параджанова был целый мешок, и он их щедро раздаривал. Как минимум один «талер» режиссер подарил Тонино Гуэрре, а тот передал его Феллини, и бывшая кефирная крышка стала призом на кинофестивале в Римини.

Переработай это

Сегодня экологическое движение набирает обороты, и связь между мусором и искусством прочна как никогда. Теперь более актуален термин recycled art, переработанное искусство и искусство переработки. Вот лишь несколько примеров.

«Караваджо» Вика Мюниса © Vik Muniz Museum of contemporary art

Бразилец Вик Мюнис воспроизводит признанные мировые шедевры из самых разных материалов, но чаще всего из настоящего мусора. В ход идут объедки, кетчуп, старые журналы, провода, кусочки пазлов и даже пыль. Мюнис много общался с «мусорщиками» — людьми, которые жили на крупнейшей в мире свалке «Сад Грамачо» на окраине Рио-де-Жанейро, строили свои дома из мусора, находили на этой же свалке все необходимое для жизни. Вик Мюнис сделал целую серию портретов этих людей, в качестве материала используя, естественно, мусор. Портреты он продал с аукциона, а деньги раздал «мусорщикам». В 2010 году Люси Уолкер, Карен Харли и Жоао Жардима сняли об этом документальный фильм «Свалка» (Waste Land), который был номинирован на «Оскар».

Жиль Сеназандотти и его «мусорные» животные © instagram cenazandottigilles

Корсиканец Жиль Сеназандотти собирает мусор, который выбрасывает море, и делает из него скульптуры животных, страдающих от нынешнего состояния экологии. Канадка Тесс Феликс тоже собирает мусор, в основном пластик, который прибивает к берегу волнами, и выкладывает из него портреты активистов-борцов за очищение мирового океана.

А американский профессор Ги Рифлер превращает токсичные отходы в краски, которые потом используют художники. Рифлер давно изучает, как заброшенные угольные шахты загрязняют водоемы на юго-востоке Огайо. Рифлер стал очищать загрязненную воду, извлекая из нее вредные ингредиенты, и делать из этих ингредиентов краски, деньги с продажи которых финансируют очищение водоемов. Такой вот круговорот воды и денег в природе. Придумав свой метод очистки воды и создания пигмента, Рифлер объединился с другим университетским профессором, специалистом по искусству и художником Джоном Сэброу. Сэброу первым стал тестрировать краски Рифлера, создавая из них свои произведения.

«Режь да клей» — сообщество российских коллажистов © russiancollage.ru

Новые художественные техники никак не отменяют старые. Художники из самых разных стран, включая Россию, по-прежнему с удовольствием делают коллажи из старых журналов, газет, картонных упаковок, красочных текстур, отпечатков, обрезков, трамвайных билетиков — из всего того, что любой не-художник сочтет макулатурой и мусором. Полюбоваться такими работами можно, например, на сайте сообщества российских коллажистов «Режь да клей», основанного Ольгой Кирсановой. Существуют и международные проекты, объединяющие художников-коллажистов. Например, The Collage Garden — «Коллажный сад», придуманный норвежской художницей Miss.Printed. С ее легкой руки коллажисты возделывают бумажные сады в самых разных городах и странах.

Экологическая утилизация арт-мусора — задача ближайшего будущего © Точка ART

Мусор становится искусством, искусство — мусором, а потом опять искусством. Бесконечный круговорот.


В следующих материалах цикла о проблеме экологической утилизации и о арт-ценности мусора мы поговорим с художниками и искусствоведами. Следите за публикациями.

Популярное